Игорь Руденский: «Экономика для человека, а не человек для экономики»
— Игорь Николаевич, Президент в своем Послании, подводя итоги года, отметил, что на фоне мирового кризиса ситуация в экономике России не выглядит безнадежной. ВВП в процентах к прошлому году – 1,5. Инфляция – 6,1 процента. Это даже чуть меньше, чем в прошлом году (в прошлом году инфляция была 6,6). «В целом, неплохо»,– сказал Президент. А вот министерство экономики России уходящий 2013-й год считает годом упущенных возможностей. Согласны ли Вы с этим утверждением?
— На фоне того, как развивалась в уходящем году ситуация в экономике на мировом пространстве, положение России, действительно, более обнадеживающее. И это с учетом того, что год для страны был очень тяжелый. Первый год работы нашей промышленности и сельского хозяйства в условиях ВТО, глобальное наводнение на Дальнем Востоке, неблагоприятная погода для аграриев во многих регионах страны. Поэтому очень приятно отметить, что наши сельхозпроизводители успешно повлияли на общий ВВП. Индекс производства сельского хозяйства – 6,8 процента. А если сравнивать с прошлым годом, то эти цифры особенно радуют. В прошлом году, как вы знаете, был минус, почти 5 процентов, в этом году – плюс 6,8.
Ситуацию в нашей стране можно рассматривать с разных позиций. Если с позиций – стакан наполовину пуст,– то да, мы найдем немало минусов. Но ведь есть все основания утверждать, что стакан наполовину полон. И с этой точки зрения мы увидим много позитивного, происшедшего за последний год и в экономике, и в политике, и в социальной сфере. Причем, даже социологические опросы подтверждают, что в уходящем году жить мы стали чуточку лучше, уровень благосостояния населения повысился, несмотря на кризис. Это подтвердили в ходе соцопросов более половины населения страны. И такие данные совпадают со статистикой. Все свои социальные обязательства государство в отношении зарплат бюджетников, пенсий и пособий выполняло. А в Европе в это время повышался пенсионный возраст, и сокращались, как вы знаете, все социальные расходы, да и безработица росла.
А в отношении упущенных возможностей могу сказать следующее.
Во-первых, я очень понимаю представителей министерства экономического развития. Они мыслят стратегически и заглядывают на перспективу. С точки зрения стимулирования роста российской экономики мы действительно многое упустили. При вступлении в ВТО я не раз говорил о том, что нам надо перестать ждать манны небесной и как можно быстрее учиться работать в новых для нас условиях. Но в этом направлении действительно мало что сделано. Поэтому неудивительно, что рост ВВП нашей страны в уходящем году замедлился существенно. Ведь в начале года цифры роста ВВП прогнозировались гораздо выше. Но, исходя из ситуации в экономике, Минэкономразвития в течение года несколько раз ухудшало все основные макроэкономические прогнозы на текущий год и прогнозы на следующую трехлетку. В начале декабря был понижен прогноз по росту ВВП на 2013 год— с 3,6% до 1,4%.
— Но существенное ускорение роста в экономике страны не произошло из-за внутренних проблем, а не из-за того, что мы вступили в ВТО. Не так ли?
— Самое простое было бы стагнацию в экономике свалить на то, что мы теперь работаем в условиях ВТО. Дело совершенно не в этом. Разве мы вчера узнали о том, что стремимся в ВТО. Почти два десятка лет Россия билась за то, чтобы выйти на международные рынки, расширить зоны своего экономического влияния. Перед тем, как мы вступили в ВТО, в прошлом году были проведены исследования, которые показали, что ряд руководителей различных предприятий и подавляющее большинство сельхозпроизводителей и руководителей хозяйств даже не знают, что произошло и какие ограничения установлены Всемирной торговой организацией. Более того, многие руководители вообще не знают, куда и зачем мы вступили. И как мы собираемся работать дальше в условиях уже международной конкуренции, в условиях интеграции при таком, извините за выражение, пофигизме?
А ведь ВТО даёт ряд преимуществ по защите своих рынков. Можно и нужно бороться за снятие ограничений по присутствию российской продукции на рынках других стран, в частности, по защите рынков металлопродукции, машиностроительной отрасли, химической продукции. Если европейские партнеры накладывают на нас определенные ограничения при выходе наших предприятий на мировые рынки, то в условиях ВТО мы имеем возможность и право оспорить эти решения в соответствующих инстанциях Всемирной торговой организации, чего у нас раньше не было. К тому же, ВТО дает и механизмы для защиты. От резкого роста импорта можно применить антидемпинговые меры. Сейчас они уже вводятся для рынка сельхозтехники, легких грузовиков. Россия экспортирует сегодня машиностроительной продукции примерно на 20 миллиардов долларов, Китай — на триллион, но китайская продукция не лучше российской.
К сожалению, мы ещё не начали целиком и полностью использовать все эти возможности. Нам не хватает кадров для юридической борьбы в рамках ВТО А это необходимое условие, чтобы отстоять позиции страны на международных рынках, и я об этом говорил задолго до вступления в ВТО. И медлить с подготовкой таких специалистов нельзя – надо найти на это деньги, в том числе государственные.
Сегодня российский рынок составляет всего три процента от мирового. Почему бы не побороться за его больший охват?
— Хотелось бы все-таки поговорить о тех внутренних причинах, которые мешают нам освоить не только большую часть международного рыночного сегмента, но и вывести нашу экономику на новый виток развития в собственной стране?
— А все взаимосвязано. Повышаем эффективность отечественной экономики, увеличиваем производительность труда, создаем конкурентоспособную продукцию и успешно выходим на мировые рынки… Что же в таких условиях еще может стать точками роста? Это сельское хозяйство и пищевая промышленность. Академик Примаков не раз говорил, что по своему потенциалу пахотные земли, пастбища, водные ресурсы могут внести в экспорт не меньший вклад, чем топливно-энергетический комплекс. Особенно с учетом неизбежного обострения мировой продовольственной проблемы и недостатка пресной воды в ближайшие десятилетия и возможного ухудшения конъюнктуры на рынке нефти и природного газа.
Поэтому сегодня очень важно поддержать сельское хозяйство. По каким направлениям осуществлять эту поддержку я тоже не раз говорил. Необходимо обеспечить доступ к финансовым ресурсам. Это длинные кредиты и достаточный уровень финансовой поддержки государства в виде субсидий, субвенций, налоговых и прочих преференций. Отечественные сельхозтоваропроизводители находятся в заведомо неравных условиях с зарубежными во многом из-за существенного отставания в уровне государственной поддержки и дороговизны кредитов. Доступные кредиты позволят осуществить технологическое перевооружение АПК и масштабный переход на современные технологии. Необходимо также организовать эффективную систему сбыта продукции.
А на данный момент буквально назрело финансовое оздоровление сельхозтоваропроизводителей и реструктуризация ссудной задолженности, в первую очередь, по кредитам, выданным на ликвидацию последствий аномальных природных явлений 2009-2010 и 2012 годов в растениеводстве. Ведь убытки тех лет не были покрыты за счет выплат по сельскохозяйственному страхованию и по пролонгированным кредитам, выданным на строительство, реконструкцию, модернизацию животноводческих и птицеводческих комплексов, на приобретение для них племенной продукции, техники и оборудования.
Одним из решений по финансовому оздоровлению сельскохозяйственного производства могло бы стать создание Фонда содействия развитию АПК.
Очень важен вопрос закрепления кадров на селе. А это невозможно без формирования современной, комфортной инфраструктуры в сельских территориях – строительства жилья, дорог, социальных объектов жизнеобеспечения и т.д.
— В условиях ВТО прямые финансовые вливания в сельское хозяйство будут сокращаться?
— Да, это так. Большая часть видов помощи, которые применялись в России, относится к так называемой «желтой корзине». Они влияют на формирование цены и конкурентоспособности продукта и поэтому ограничиваются. Но никто не мешал нам в течение последних четырнадцати лет менять государственную политику в сторону «зеленой корзины». ВТО не ограничивает уровень поддержки в таких сферах, как развитие сельской инфраструктуры, подготовка кадров, поддержка научных исследований. Ведь от этого во многом зависит и уровень производства, и качество жизни на селе. К сожалению, мы очень мало в этом направлении сделали. Давайте все-таки признаем, что социальное развитие села всегда секвестрировалось. Неудивительно, что прошлая госпрограмма социального развития села подвергалась жесткой критике в связи с тем, что выделяемые на программу деньги были незначительны.
Работая над повышением конкурентоспособности продукции, нельзя оставлять и решение проблемы социального развития села. Никто никогда и не говорил, что в условиях ВТО нам будет легко. Но еще раз повторю: причины медленного экономического роста имеют, прежде всего, наши внутренние корни. Поэтому в условиях ВТО нам придется и модернизировать производство, и учиться отстаивать позиции страны буквально на ходу. Но, решая проблемы технологической модернизации, очень важно не забыть про человека, про социальную составляющую модернизации. Ведь, в конце концов, экономика для человека, а не человек для экономики. В этой связи хотел бы напомнить, что большой процент продовольствия производится в частных хозяйствах, фермерских. Этот сектор АПК особенно нуждается в поддержке.
Любой кризис, любая проблема заставляют нас более эффективно работать. Другого не дано. И России в современных условиях важно не просто выжить. Наша задача – встать вровень с самыми сильными державами мира. Не понаслышке знаю ситуацию в экономике и убежден, что мы далеко не все свои возможности исчерпали. Поэтому наша страна должна в наступающем году воспользоваться ими в полной мере.
